А чем меньше препарата, тем меньше затрат на его производство. Впрочем, это не более чем историческая шутка. В которой, как и во всякой шутке, есть доля шутки. Так, например, развитие гомеопатии во Франции (а французские гомеопаты неоднократно жаловались на эту ситуацию), сдерживается фармацевтическими компаниями, производящими обычные, или аллопатические препараты (аспирин, анальгин и т. д.). Для их производства требуются буквально тонны химических веществ, входящих в состав лекарств, плюс еще упаковка, поэтому производство «влетает в копеечку». Производство же гомеопатии, где более высокие потенции образуются просто добавлением дозы воды и встряхиванием, имеют тем большее действие (более высокие разведения), чем меньше содержат вещества, таким образом, представляя собой полную противоположность в производстве препаратам аллопатическим. И если в их стоимость включается «процесс разведения и встряхивания», что безусловно требует затрат труда, электроэнергии и т. д., то уж по крайней мере химических веществ при этом практически не требуется. Таким образом, даже по экологическим соображениям производство гомеопатия находится вне конкуренции по сравнению с производством обычным препаратам, поскольку, как известно, именно химическое производство является наиболее экологически «грязным». Так, что развитие гомеопатии в известной степени сдерживается и тем, что ведущие фармацевтические компании при упоминании о гомеопатии ничего, кроме «головной боли» не испытывают. Но прогресс не остановить.

Таким образом, приходится лишь удивляться, откуда взялось понимание о революционности ганемановского метода. С принципом «подобное лечится подобным» произошел еще больший казус, на ту же тему отравлений. Как-то раз Ганеман осматривал больного, которого врач до него лечил большими дозами окиси ртути. Ганеман отметил, что по внешним признакам его состояние весьма напоминало картину сифилиса, который, кстати, уже в те времена именно этим препаратом — окисью ртути — и лечился.